Главная \ О Храме \ О святителе Макарии \ Архипастырь, просветитель, администратор и политик \ Сборник XVI в. — вклад митрополита Макария в Пафнутиев-Боровский монастырь

Сборник XVI в. — вклад митрополита Макария в Пафнутиев-Боровский монастырь

М.В.Печников

Сборник XVI в. — вклад митрополита Макария в Пафнутиев-Боровский монастырь

Библиотека Пафнутьев-Боровского монастыря конца XV— XVI вв., несмотря на то, что она являлась довольно значительной, изучена явно недостаточно. Целостное собрание рукописей, происходящих из этой обители, ныне отсутствует. Выявление отдельных манускриптов, которые хранятся в различных рукописных собраниях, представляется насущной задачей, важной для истории монастыря. В частности, это поможет реконструировать круг чтения пафнутьево-боровских монахов указанного времени.

Древние рукописи монастыря были впервые описаны во время очередной археографической экспедиции П.М.Строева, который с 1817 г. по поручению известного главы кружка «колумбов российской истории» государственного канцлера графа Н.П.Румянцева изучал монастырские библиотеки Московской епархии. В 1820 г. Румянцев и Строев отправились в Боровск и прожили «под кровом св. Пафнутия» около трёх недель, исследуя книжное собрание обители [1]. 24 июня 1820 г. Строев писал канцлеру: «По приказанию Вашего Сиятельства, я составил подробную роспись манускриптов библиотеки Пафнутьева монастыря. Оные манускрипты состоят из книг церковного обихода и сборников духовного содержания; к сожалению, нет ни летописцев, ни хронографов» [2]. В описании П.М.Строева приводятся данные по 49 рукописям, из которых 3 — XV в. и 31 XVI в. [3]

В отделе рукописей Российской государственной библиотеки хранится сборник, происходящий из Пафнутьева-Боровского монастыря [4] (ОР РГБ. Ф.256. Собр. Н.П.Румянцева. №204; 1°, 27,2 x 18,5 см). Рукопись имеет 491 пронумерованный лист (пагинация скорописной буквенной цифирью XVII в. в правом верхнем углу каждого листа), а кроме того, 3 листа до пагинации и 4 после неё (два первых и четыре последних листа рукописи — на бумаге XIX в., имеющей филигрань с изображением двуглавого орла и датой «1820»). Переплёт поздний (XIX в.), выступает за обрез — доски, обтянутые светло-коричневой кожей, с тиснением, с двумя застёжками. По всей видимости, около 1820 г. рукопись подверглась реставрации — она была переплетена заново, некоторые листы в начале и конце её были подклеены на новую бумагу. Эти данные подтверждают, что рукопись оказалась в собрании канцлера Н.П.Румянцева вскоре после археографической экспедиции в Боровск, предпринятой в 1820 г.

В заглавии сборника (л.0об.), написанном крупным чётким полууставом XVI в., указывается на принадлежность рукописи архиепископу Новгородскому и Псковскому Макарию (1481/82 — 1563) [5]:

 «Книга [6] на ноугоро(д)цьки(х) еретиков, архиеп(иско)па Макария Великого Новогра(д)[а] и Пьскова. Списана пр[е]п[о](д)[о]бнымь игуменомь Иосифомь Ламьскаго Волока».

Название сборникам в Древней Руси нередко давалось по первому произведению, и запись о вкладе «Книги на еретиков», видимо, относится ко всему сборнику, а не только к «Просветителю».

На следующем листе (л.00об.) находится запись другим почерком (скоропись XVI в.) о вкладе кодекса в Пафнутьев-Боровский монастырь [7]:

«Сию книгу на наугоро(д)скых еретико(в) дал Пр[е]ч[и]стои Б[огоро](д)[и]цы и великому чю(до)тво(р)цу Па(ф)но(т)[и]ю в до(м) смире(н)ныи грешныи Макарии митрополи(т) всеа Русии на памя(т)[ь] своеи д[у](ши) и по свои(х) ро(ди)теле(х) в ве(ч)нои помена(к)» [8].

Смиренным и грешным Макария мог назвать только он сам; следовательно, перед нами автограф московского святителя.

О дальнейшей судьбе рукописи свидетельствует запись скорописью XVII в. на третьем листе до пагинации (л.000об.):

«Сию книгу на новгороцких еретико(в) дал в дом Преч(ис)тые Б(огороди)цы великого чюдо(т)ворца Па(ф)нотия вкла(ду) колуженин посацкои ч(е)л(ове)к Яков О(н)дреев с(ы)н Шеплина, а пре(ж) сего та кн(и)га была того (ж) Па(ф)нотиева м(о)н(ас)т(ы)ря. А дал в лето 7128 году се(н)тя(б)ря в 5 д(е)н(ь) при игумене Иосифе и по(д)писа(л) своею рукою». На основании приведённой записи можно предположить, что рукопись покинула стены монастыря при его разорении в эпоху Смуты в 1610 г. (возможно, была спасена от уничтожения или похищения благочестивым посадским человеком), и лишь в сентябре 1619 г. вернулась туда в качестве вклада Я.А.Шеплина.

Особое расположение Макария к Пафнутьеву-Боровскому монастырю хорошо известно — именно в этой обители в конце XV в. он принял монашеский постриг [9]. «Пафнутиевский период в жизни Митрополита Макария, — пишет архимандрит Макарий (Веретенников), — является самым длинным по своей продолжительности и основополагающим по своей значимости. Здесь он сформировался как подвижник, книголюб и иконописец» [10]. Возможно, Макарий принимал участие в росписи каменной трапезы, построенной в монастыре в 1511 г. [11]. Следует добавить, что именно в обители преп. Пафнутия будущий митрополит впитал в себя «осифлянские» идеи, верность которым он сохранял всю свою дальнейшую жизнь. Около четверти века жил Макарий в Пафнутьев-Боровском монастыре, «житие жестокое искусив» [12], — до 1523 г., когда митрополит Даниил поставил его в архимандриты Можайского Лужецкого монастыря [13]. Однако Макарий не забывал о месте своего пострижения. В феврале 1534 г. он вложил в монастырь напрестольное Евангелие тетро «на память своеи души и по своих родителех в вечной поминок» [14], а уже в период возглавления митрополии — богослужебный «Апостол» [15]. П.М.Строев сообщает также как о вкладе «Макария митрополита Новгородского» (?!). о сборнике XV в. аскетического и богослужебного содержания [16]. Незадолго до смерти митрополит всея Руси снова «обещался есми (Ивану IV) отыти в молчальное житие к Рождеству пречистеи Богородицы в Пафнутиев, в свое пострижение» [17].

Рукопись Рум. 204 упоминалась в научной литературе в качестве вклада митрополита Макария в Пафнутьев-Боровский монастырь [18], однако специальных исследований кодекса до сих пор не предпринималось.

По мнению Л.В.Черепнина, сборник относится к концу 20-х годов XVI в. [19] Я.С.Лурье датировал рукопись более осторожно — годами архиепископства Макария в Новгороде (1526—1542) [20]. А.И.Плигузов, не приводя обоснования своего мнения, датирует макариевский кодекс началом 30х годов XVI в. [21]

Бумага сборника имеет следующие филиграни: 1) Гербовый щит под короной и розеткой с буквой Р и двумя лилиями (Брике, №6160 (1526—1528 гг.), Лихачёв, № 2872 имеется в списке Оболенского Никоновской летописи [22]) — л.000об., 3, 58, 11, 12, 1416, 18, 2325, 29, 30, 33, 35, 36, 38, 42-44, 47, 50, 51, 53, 59-61, 63-65, 69-73, 79-81, 85-89, 94-97, 103-105, 109-113, 118-121, 125-128, 133, 134, 297, 298, 300; 2) Буква Р (типа Лихачёв, № 1554—1556; имеется в рукописи РНБ, Р I, №306 Жития святых, Ростов, 1529 г.) — л.135, 400, 404, 405, 412-415, 420-423, 428-431, 436, 437, 439, 442, 444; 3) Рука в рукавчике с крестообразной розеткой над ней (Лихачёв, № 1552 жития святых 1529 г., № 1504-1506 — Рум. 446, устав церковный 1522 г.) л.140-142, 144, 150, 151, 154, 155, 159, 161-165, 168, 171, 172 и др.; 4) Монограмма — буквы Р. С. (?) (Лихачёв, № 1583, 1584-РГБ, собр. Д.В.Пискарёва, №4 (437), Четвероевангелие 1531 г.) — л.307, 309311, 313, 315, 317, 319, 323, 330, 332, 334-338, 340, 344, 347, 349, 350, 352, 353, 355, 357 и др.; 5) Гербовый щит с ободком, под короной, с тремя лилиями (наиболее близка филигрань Брике, № 1826 (1521 г.)) л.441, 447; 6) Гербовый щит, подобный предыдущему, но с крестообразной розеткой сверху (Брике, № 1473 (1480 г.), 1744 (1482 г.), 1746 (1506 г.), Лихачёв, № 1454, собр. Тр.-Серг. Лавры, № 568 (448), Минея служебная на июнь-июль, 1514г.) л.448-450; 7) Гербовый щит с лилией, над ним корона и крестообразная розетка, под ним буква N (Лихачёв, № 1537 РНБ, F I № 147 Книга келейных правил, Новгород, 1527 г.) л.476, 478, 479, 482, 485-487, 491.

Изучение водяных знаков рукописи выявило ошибочность точки зрения Л.В.Черепнина, что «водяные знаки рукописи № 204 все совпадают с приведёнными Н.П.Лихачёвым знаками бумаги, на которой была написана в 1527 г. в Новгороде книга келейных правил» [23]. В рассматриваемой рукописи имеется только одна общая с этой книгой филигрань, и та находится только на последних 15 листах кодекса. Основными водяными знаками сборника следует признать №1 (1526—1528 гг.), №3 (1522, 1529 гг.) и №4 (1531 г.). Думается, что время составления сборника — конец 20-х — самое начало 30х годов XVI в., причём в качестве даты начала переписки и составления кодекса наиболее вероятен 1529 г. (см. об этом ниже).

Кодекс переписан двумя писцами. Первый переписал «Книгу на новгородских еретиков» Иосифа Волоцкого (л.1-302) красивым, чётким и довольно крупным полууставом, чёрными чернилами. Второй писец работал над остальной частью сборника (л.304-397об., 401-491). Его полууставной почерк первоначально мельче, не такой изящный, но постепенно становится крупнее, с коричневых чернил писец переходит на чёрные.

Обратимся теперь к постатейному составу рукописи.

Л.1-302 — «Книга на ересь новгородцких еретиков» преп. Иосифа Волоцкого.

Л.1-12 — «Грешнаго инока Иосифа сказание о новоявившеися ереси [24] новгородскых еретиков и отступников, Алексиа протопопа и Дениса попа, и Федора Курицина и инех иже такоже мудрствующих». Нач.: «Подобает ведати, яко многи ереси».

Л.12-16 Оглавление.

Л.16-302 — «Слова» 1-11,13-16; «слово» 12 пропущено, хотя в перечне глав имеется.

Л.303 — пустой.

Л.304-315 «О ноугороцкых и псковьскых стриголникох, рекше вземших на ся собою достоиньство учительства, а не от Бога или от большаго святителя поставленых в учители». Нач.: «Патриарх Антонии милостию Божиею архиепископ Костянтинаграда».

Л.315-350 — «Слово избрано от святых Писании иже на латыну, и сказание о съставлении осмаго збора латыньского, и о звержении Сидора прелестнаго, и о поставлении в Рустеи земли митрополитов, о сих же похвала благоверному великому князю Василью Васильевичу всея Руси». Обширная компиляция текстов, посвящённых Ферраро-Флорентийскому собору. «Слово избрано» составлено в 1461—1462 гг. Включает в себя Послание Василию II папы Евгения (л.331-331об.). В ВМЧ под 31 августа (ГИМ, Синод. собр. №996, л.592-602) [25].

Л.350-370 «Книги, рекомыя Еклисиаст, сборник царя Соломона» (Екклезиаст с толкованиями).

Л.370об.-376об. «Слово бо се нарече бесстрастьнаго ради рожения». Нач.: «В начало бе Слово». Толкования на учение о Троице.

Л.376об.-389 Вопросы и ответы Василия Великого и Григория Богослова (без заглавия). Нач.: «Василеи рече — что есть начало. Григории рече — первая вина 2 яко виннаго».

Л.389об.-395 — «Богословие о святеи и живоначальнеи и единосущнеи Троици предсловие».

Л.395-397об. — «От Намоканона и от святых отець поучение». Компилятивное сочинение о вселенских соборах.

Л.398-400 — пустые.

Л.401-406об. — «А си грамота, еже от Рожества Господа нашего Исуса Христа и до крещениа Тая, 12 днии мяса ясти и о службе» (послание митрополита Фотия во Псков от 23 сентября 1416 г.).

Л.406об. — 412 — «А си грамота о стриголничех» (второе послание митрополита Фотия во Псков от 23 сентября 1416 г.).

Л.412-416об. — «И се о стриголницех» (послание митрополита Фотия во Псков от 22 июня 1427 г.).

Л.416об.-420 — «А си грамота о стриголницех и о ротникех и о роспустникех и о властех и у церквах старостять» (послание митрополита Фотия во Псков от 23 сентября 1427 г.).

Л.420-427 — «А си грамота о бракех законных и не законных и о венчаньи и о детином крещении и о попе неставленом и о питьи до обеда» (Послание митрополита Фотия во Псков от 22 июня 14101417 гг.).

Л.427428 — «А се о грамоте о установленои старои» (послание митрополита Киприана в Псков от 12 мая 1395 г. об отмене уставной грамоты Дионисия Суздальского).

Л.428-430 Послание митрополита Фотия во Псков от 24 сентября 1416 г. о снятии крестного целования и об отмене уставной грамоты кн. Константина Дмитриевича.

Л.430-433 — «А се о ереех поучения и о мирянех наказанья» (послание митрополита Фотия в Псков от 9 сентября 1416 г. об отношении к выходцам из Литвы и по другим вопросам),

Л.433-438 — « А се о ереех и о иноцех, и о властелех» (послание митрополита Фотия от 2 февраля 1426 г. по случаю моровой язвы, писано «в Володимери»).

Л.438-445 — «А се что судять попов ротою и что жены от мужеи стригутся тайно от черниць» (послание митрополита Фотия в Псков, в том числе и против стригольников, 24 сентября, без указания года) [26].

Л.446-447об. — «А се о службе и о священии церковном, дано святеи Троици» (послание митрополита Киприана во Псков от 17 апреля, после 1395 г.) [27].

Л.448-449 — «А се что о прихожих попех с грамотою отпустьною или без грамоты» (послание Новгородского архиепископа Евфимия I во Псков о лицах духовного звания, приходящих из соседних епархий, 1426 г.).

Л.449об.-450об. — Грамота митрополита Киприана Новгородскому архиепископу Иоанну от 29 августа 1392 г. о неприкосновенности церковных судов и вотчин.

Л.451-453 — пустые.

Л.454-491 — «Начало сеи книзе изложено бысть от латинина Риклада, сущу ему бывшу в чину учителя по закону саракиньскому и пакы възвратившуся ему к своеи вере латиньстеи въсвояси». Переводное полемическое сочинение против мусульманства.

Послания «патриарха Антония», митрополитов Киприана и Фотия, а также архиепископа Евфимия были опубликованы по рукописи Рум. 204 протоиереем И.Григоровичем (1841 г.) и А.С.Павловым (1880, 1908 гг.) [28].

Обратимся теперь к характеристике содержания сборника. В нём можно выделить несколько тематических пластов. Первый, и основной — антиеретический, направленный против русских «безбожных ересей», с которыми боролись иерархи русской церкви второй половины XIV—начала XVI в. Второй — сочинения, направленные против католичества и ислама. Третий — отдельные статьи богословского содержания на догматические темы. Четвёртый — статьи по вопросам церковной дисциплины и богослужебной практики.

Л.В.Черепниным Рум. №204 был определён как «Новгородский формулярник архиепископа (будущего митрополита) Макария» (29). Заголовки посланий, входящих в сборник (без указания на авторство), по Л.В.Черепнину, свидетельствуют о том, что «приведённые в сборнике «послания» рассматривались, по-видимому, как образцы, которыми можно было воспользоваться в полемических и агитационных целях» [30]. Последнее представляется весьма вероятным, однако под определение «формулярника» попадает в полной мере лишь третья часть рукописи (л.401-450об.), применение же такого определение ко всему сборнику неоправданно.

Охватить всё многообразие тем сборника довольно сложно, поэтому остановимся только на особенностях включённых в Рум. 204 редакций произведений, отражающих его основную тему — антиеретическую.

Основу сборника составляет «Книга на новгородских еретиков» второй, пространной, редакции (по классификации Я.С.Лурье — Минейного извода) [31], составленной в 1510-1511 гг. [32] Как показал А.И.Плигузов, списки Минейного извода восходят к волоколамскому списку ГИМ, Епарх. №340 (первая четверть XVI в.) (33). В этой рукописи «слово» 12, направленное против митрополита Зосимы, было вырезано, что отразилось в восходящих к ней списках, в том числе и в Рум. 204.

Далее в рассматриваемом сборнике следует «послание патриарха Антония» — вторая редакция «Списания на стриголникы» преп. Стефана Пермского (1386 г.?), приписанного в Новгороде XV в. патриарху Антонию. «Послание» в данной рукописи содержит на протяжении всего текста разночтения в написании отдельных слов и фраз с «митрополичьим формулярником» начала XVI в. (ГИМ, Синод. собр, 562), что даёт основание считать список Рум. 204 особым, новгородским, изводом второй редакции памятника [34].

Список первого послания Фотия в Псков против стригольников 1416 г. в Рум. 204 в основном следует тексту «митрополичьего формулярника», содержащего старейший список грамоты, в нём отсутствуют следы правки текста, осуществлённой в 20е годы XVI в. митрополитом Даниилом — редактором Хронографического сборника и Сводной кормчей, куда также было включено данное послание Фотия. Однако в тексте макариевского кодекса присутствуют и разночтения с основным списком первой редакции, причём складывается впечатление, что текст переписывался не из «митрополичьего формулярника», а из другого, более исправного списка. Таким образом, первое антистригольническое послание Фотия в Рум. 204 представляет собой особый извод первой редакции, который может быть назван новгородско-псковским или минейным. Остальные послания Фотия против стригольников содержат незначительные разночтения с Синод. 562.

В Рогожской Кормчей (РГБ, Рогож. 256) [35] на л.401-450 содержатся те же 14 посланий Киприана, Фотия и Евфимия в Псков и Новгород, что и в Рум. №204, причём, за единственным исключением, в том же порядке. Этот порядок не является хронологическим. Видимо, как справедливо замечено Я.Н.Щаповым, послания вписаны «так, как они попадали в руки составителя этой части рукописи — последним приписано самое раннее послание 1392 г., адресованное Киприаном в Новгород, из которого и попал в Псков его список» [36]. Это заставляет предполагать общий протограф 2 сборников в этой части.

Изучение сборника позволяет высказать предположение, что при его составлении использовались 4 рукописи, происходящие из Новгородской епархии. Границы между составными частями в кодексе отмечают пустые листы (л.303, 398-400, 451-453). «Книга на новгородских еретиков», как уже говорилось, восходит к волоколамскому сборнику Епарх. 340, послания новгородских и московских иерархов имеют общий псковский протограф с Рогож. 256. Отдельные богословские сочинения, начиная с послания псевдо-Антония, а также антимусульманское сочинение в конце сборника (переведённое в кружке Геннадия новгородского?) содержались, по-видимому, в двух других рукописях, использованных писцами Новгородской архиепископской канцелярии.

С Рум. 204 связаны июльские тома Великих Четьих Миней митрополита Макария (Софийские, Успенские и Царские) [37]. В них, также как в Рум. 204, посланиям псевдо-Антония, Киприана, Фотия и Евфимия непосредственно предшествует «Книга на новгородских еретиков» (РНБ, Соф. 1323; ГИМ, Синод. 996; ГИМ, Синод. 182; в последней рукописи послания Фотия отсутствуют), причём в Минеи Четьи указанные произведения помещены в тех же редакциях или изводах, что и в рассматриваемом сборнике. Указанные списки Великих Миней Четьих и сборник Рум. №204 представляют собой, по выражению Я.С.Лурье, «иосифлянский противоеретический кодекс» [38].

По всей вероятности, составление Рум. 204 рассматривалось митрополитом Макарием как подготовительный этап к созданию июльского тома Софийских Миней Четьих, работа над которым была завершена в 1538 г. Переписал его постриженник Пафнутиево-боровского монастыря Аркадец [39], что свидетельствует о том, что и на Новгородской кафедре Макарий продолжал контактировать с братией этой обители, а наиболее способных её монахов привлекал для осуществления задуманных им мероприятий.

По всей видимости, составление рассматриваемого сборника было связано с началом работы над Великими Минеями Четьими. Готовый первый двенадцатитомный комплект Миней был вложен Макарием в новгородский Софийский собор в 1541 г. «на помин души» его родителей [40]. Между тем, Макарий, по его собственным словам, «писал и събирал и в едино место их совокуплял дванадесят лет» [41], то есть работа над составлением ВМЧ началась за 12 лет до 1541 г. — в 1529 г. Эта дата находится в полном соответствии с водяными знаками рукописи Рум. №204 (см. выше).

Итак, этот сборник попал в Пафнутьев-Боровский монастырь после окончания работы над июльским томом Софийского собрания Великих Миней Четьих, то есть после 1538 г. Во вкладной записи Рум. 204 Макарий называется митрополитом всея Руси. Следовательно, рукопись попала в монастырь уже после марта 1542 г., а не в 1526—1542 гг., как полагал Я.С.Лурье [42]. Насколько можно судить по имеющимся источникам, Макарий посещал Пафнутьеву обитель в ранге митрополита один раз, в 1544 г.: «Тоя же зимы, генваря 22 (7052 г.), на седмом часу дни, згореша избы митрополичии на митрополичие дворе; а митрополит ездил тогда в Можаеск и в Пафнотиев монастырь» [43]. Велика вероятность того, что именно в этот приезд Макарием и был сделан вклад в монастырскую библиотеку сборника церковно-полемических текстов.

Вклад в одну из цитаделей иосифлянства сборника именно с антиеретическим и церковно-полемическим содержанием, конечно же, не случаен. Вполне вероятно, составление сборника было связано с готовящимся судебным процессом 1531 г. против лидеров нестяжательства, обвиняемых в ереси — Вассиана Патрикеева и Максима Грека. Соборный суд был инициирован главой иосифлян митрополитом Даниилом, которому Макарий был обязан своим поставлением сначала в игумены Лужецкого монастыря, а затем и в архиепископы Новгорода и Пскова. Как показал Я.С.Лурье, именно против нестяжателей была направлена вторая, пространная, редакция «Книги на новгородских еретиков», а сочинения церковных иерархов против стригольничества (патриарха Нила / «Филофея» и митрополита Фотия) были включены митрополитом Даниилом в Сводную кормчую, которая использовалась на соборных заседаниях 1531 г. Окончательно нестяжательство «заволжских старцев» как идеологическое течение в русской церкви было, как известно, искоренено в период возглавления митрополии всея Руси Макарием (Московские соборы конца 1540х-1550х годов).

Сборник Рум. 204, подобно его составителю митрополиту Макарию, сыграл роль своеобразного посредника между новгородской и московской книжностью, объединив в себе церковно-полемические произведения, связанные тем или иным образом с Новгородом и Псковом, и послужив образцом для одного из томов грандиозного литературного свода, регламентирующего круг православного чтения Великих Миней Четьих. Оказавшись затем в качестве митрополичьего вклада в Пафнутьевом Боровском монастыре, рукопись предоставляла монахам обители возможность быть осведомлёнными о многих аспектах русской церковной жизни XIV-XVI вв. и давала им в руки «практическое пособие» (иосифлянского толка), посвящённое тому, как твёрдо стоять на страже православия от иноверцев и еретиков,

Приложение 1

ЗАПИСИ

О Принятии и пострижении в Пафнутьевом-Боровском монастыре

в 1651 и 1661 гг. двух священников

«160 (г)[ода] октября в 6 де(нь) приня(л)ся че(р)нои поп Иоаса(ф) Же(л)товодского м(о)н(ас)т(ы)ря пострижени(к) при игумене Павле того (же) м(о)н(ас)т(ы)ря постриженика [44].

169 г(ода) августа в 20 де(нь) постриже(н) в Пофнутьеве м(о)н(ас)т(ы)ре по(п) Иван, а во иноцех Иоси(ф) при игумене Дорофее, да при келаре старце Никифоре Дурного з братьею {60}».

Записи сохранились на отдельном листке (судя по ширине бумаги — фрагменте столбца), подклеенном на непронумерованный лист (л.491а) рукописи Рум. 204. Они сделаны скорописью XVII в. двумя почерками, первая запись — чёрными чернилами, вторая — более блёклыми. Датируются записи соответственно 1651 г. и 1661 г. Они имеют определённое значение для уяснения личного состава монастырской братии, а возможно, и её общего количества. Если буква «кси», следующая за словом «братьею» — не проба пера [45], вроде слова «монастыре» внизу листа, то в 1661 г. в Пафнутьевой обители было 60 монахов, не считая игумена, келаря и новопостриженного иеромонаха [46].

Приложение 2

Надпись на колоколе 1487 г.

В Москве, в Государственном музее-заповеднике «Коломенское», хранится древний колокол XV в., поступивший в музей в 1932 г. с колокольни церкви Рождества Богородицы Пафнутиево-Боровского монастыря [47]. Колокол имеет развёрнутую надпись летописного характера, из которой следует, что колокол был отлит в 1487 г. мастером Фёдором («Федьком») Пушечником (вероятно, колокол был отлит в Москве на Пушечном дворе, где было сосредоточено производство артиллерийских орудий) [48]. Надпись содержит также упоминания игумена этого монастыря Арсения (заказчика изготовления колокола), митрополита (названного в надписи по древней традиции «архиепискупом») Геронтия (1473—1489), великого князя Ивана III и его старшего сына и наследника Ивана Молодого. Надпись издавалась А.С. Орловым [49], но с неточностями.

Надпись литая [50], в две строки [51]:

«В[ъ] ле(т)[о] 6996 м[е](с)[я]ца о(к)тября 10 з(д)елан бы[сть] сеи колоко(л) к Р[о]ж[е](ст)ву св[я](т)ыя Б[огороди]ца ф Пафнотиев монасты(р)[ь] при бл[а]говерно(м) велико(м) кн(я)зи (И)ване // Васи(л)[ь]евиче всея Ру(с)и и при е(го) с[ы]ну бл[а]говерно(м) велико(м) (к)нязи (И)ване (И)ван(о)ви(че) и присв[я]щ[е]нь[не](м) архи(е)пи(с)к(у)пе (Ге)ро(н)ти(е) всеяРу(си), а повеление(м) ра(б)а Б[о]жия игу(ме)на Арсения (и еж)е о (Х)[рист](е) всея б(р)ати(и) [52]. (А де)лал // Федько Пушечник».

Надпись замечательна в палеографическом отношении. Она представляет собой прекрасный образец полууставной вязи конца XV в., относительно невысокой, с замысловатыми лигатурами. Особенностью литой надписи является также колофон под её условным центром (вертикаль конца и начала строк, относительно этой линии колофон чуть смещён вправо). Колофон, помещённый в литую рамку формы перевёрнутой трапеции с небольшим условным цветком в виде двух завитков внизу, заключает в себе имя мастера (возможно, представляет собой клеймо его мастерской):

ФЕДЬКО

ПУШЕ

ЧНИ

КЪ

По всей видимости, колокол был отлит по повелению игумена Арсения для звонницы (деревянной?) при белокаменной церкви Рождества Богородицы Пафнутьева монастыря, построенной при преп. Пафнутии (освящена 26 октября 6975/1466 г.) и расписанной иконописцами Митрофаном и Дионисием [53].

«Игумен Арсенеи Пафнотьева манастыря» впервые упоминается в духовной грамоте кн. Михаила Андреевича Верейского и Белозерского, которая датируется 1486 г., годом смерти князя, похороненного в Пафнутиево-Боровском монастыре [54]. На погребении Михаила Андреевича, умершего «в неделю третьюю по Пасце», присутствовал великий князь Иван Иванович Молодой, имя которого также в следующем году было отлито на колоколе [55].

Весьма вероятно, что Арсений стал пафнутьевским игуменом в 1481 г., когда Герасим Смердков, третий после самого Пафнутия и Иосифа Волоцкого игумен Пафнутьева Боровского монастыря (с 1479 г.), был поставлен епископом Коломенским [56].

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Барсуков Н. Предисловие // Строев П.М. Описание рукописей монастырей: Волоколамского, Новый Иерусалим, Саввина-Сторожевского и Пафнутиева-Боровского / Сообщил архимандрит Леонид. СПб., 1891. С.VIII-IX.

[2] Цит. по: Там же. С.IХ.

[3] Строев П.М. Указ. соч. С.294315.

[4] Описания рукописи см.: Востоков А.Х. Описание русских и словенских рукописей Румянцовского музеума. СПб., 1842. С.270-274; Строев П.М. Указ. соч. С.294296.

[5] Тексты из рукописи здесь и далее приводятся следующим образом: несуществующие буквы заменяются их современными аналогами. Ъ в конце слов не ставится, вместо ОУ — У. Выносные буквы заключаются в круглые скобки, сокращенные — в квадратные. Вместо Й остается И. Пунктуация современная.

[6] Вторая половина буквы Н и буква И утрачены (лист в данном месте прорван).

[7] Заголовок и вкладная запись находятся на прямоугольных листках, наклеенных на позднейшую бумагу XIX в.

[8] А.Х.Востоков прочитал это слово как «поминок» (Востоков А.Х. Указ. соч. С.274), что по смыслу абсолютно правильно, но в его центре, как следует из анализа почерка, находится все же не И, а Е.

[9] По предположению архим. Макария (Веретенникова), это могло произойти при игумене Арсении, который упоминается в надписи на колоколе, отлитом для Пафнутьева монастыря в 1488 г. (Макарий (Веретенников), архимандрит. Жизнь и труды святителя Макария, Митрополита Московского и всея Руси. М., 2002. С.25). Правильная дата колокола — 1487 г. (см. приложение 2). Учитывая приблизительную дату рождения Макария (1481-82 гг.), не исключено, что к моменту его пострижения (даже если это произошло в подростковом возрасте), Арсений уже не возглавлял монастырь.

[10] Там же. С.28.

[11] Тихомиров М.Н. Русское летописание. М, 1979. С.159; Дробленкова Н.Ф. Макарий // СККДР. Л., 1989. Вып.2. Ч.2. С.85; Макарий (Веретенников). Указ. соч. С.26.

[12] Цит. по: Макарий (Веретенников). Указ. соч. С.357.

[13] Макарий (Веретенников). Указ. соч. С.28; Дробленкова Н.Ф. Указ. соч. С.77.

[14] В отличие от Рум. 204, это роскошная рукопись в лист, с высокохудожественными миниатюрами и развёрнутой вкладной записью («летописцем»), с окладом, украшенным сканью и драгоценными камнями. См.: Георгиевский В. Евангелие 1532 г. архиепископа новгородского Макария, хранящееся в Пафнутиевом Боровском монастыре // Светильник. М., 1915. №1. С.8-17; он же. Миниатюры Евангелия 1532 г. новгородского архиепископа Макария // Там же. №3-4. С.3-7. Судя по вкладной записи, рукопись была готова 11 января 1533 г. (7041 г.), но сам вклад был сделан только 21 февраля 1534 (7042) г. (факсимильную публикацию вкладной записи см: Георгиевский В. Евангелие. С.15). П.М.Строев не включил этот кодекс в свое описание, поскольку Евангелие находилось в алтаре собора, а не в библиотеке монастыря.

[15] Макарий (Веретенников). Указ. соч. С.200; Архимандрит Макарий пишет: «можно предположить, что в Боровскую обитель давались и другие вклады, сведения о которых не сохранились в связи с утратой монастырских архивов» (Там же). Сборник Рум. 204 в своем труде он не упоминает.

[16] Строев П.М. Указ. соч. С.309.

[17] Цит. по: Голубинский Е.Е. История русской церкви. М., 1900. Т.1. Ч.1. С.746.

[18] Там же; Казакова Н.А., Лурье Я.С. Антифеодальные еретические движения на Руси XIV — начала XVI века. М.; Л., 1955. (далее: АЕД). С.463; Зимин А.А. Крупная феодальная вотчина и социально-политическая борьба в России (конец XV-XVI в.). М., 1977. С.273.

[19] Черепнин Л.В. Русские феодальные архивы XIV—XV веков. М., 1951. Ч.2. С.24.

[20] АЕД. С.236. .

[21] Плигузов А.И. «Книга на еретиков» Иосифа Волоцкого // История и палеография. М., 1993. С.90 139.

[22] Как убедительно показано Б.М.Клоссом, первая часть списка Оболенского (до 1520 г.) являлась оригиналом летописного свода митрополита Даниила (т.н. Никоновская летопись), и была составлена в 1526-1530 гг. (Клосс Б.М. Никоновский свод и русские летописи XVI-XVII веков. М., 1980. С.4351).

[23] Черепнин Л.В. Указ. соч. Ч.2. С.24.

[24] Курсивом отмечена вязь киноварью. Над вязью — заставка нововизантийского стиля, малиновой и жёлтой краской. Открывающий основной текст витой инициал «П» («Подобает») — в таких же тонах.

[25] См.: Дробленкова Н.Ф. «Слово избрано от святых писаний, еже на латыню» // СККДР. Вып.2. Ч.2. Л., 1989. С.401-402.

[26] Судя по косвенному упоминанию свирепствующей по всей Руси эпидемии, грамота должна датироваться 1425 г.

[27] Для истории бытования сборника и характеристики внутримонастырской жизни интересна крупная помета «зри» (скорописью XVII в.), сделанная на л.447об. напротив следующего места данного послания Киприана: «А причащали бы ся у других двереи, что противу жертвеника, разве толко болнаго человека, болному ино и въ двор шед дати причастье. А мужи бы к святому причастью во вотолах не приходили, но снимаа вотолы. А на ком пригодится опашень или шуба, ини бы припоясывади».

[28] См.: Акты исторические, собранные и изданные Археографическою комиссиею. СПб., 1841. Т.1. №6-10, 20-23, 31, 33, 34. С.9-19, 40-45, 48-49, 61, 63-67; Памятники древнерусского канонического права. СПб., 1908 (1-е изд. СПб., 1880; Русская историческая библиотека. Т.6). №26-28, 30, 34, 41-44, 51, 53-56. Стб.229-236, 239-242, 277-288, 361-388, 427-438, 465-488. Я.С. Лурье привлекал Рум. 204 для разночтений при своем издании грамот митрополита Фотия против стригольников (АЕД. №3-6. С.243- 255).

[29] Черепнин Л.В. Указ. соч. Ч.2. С.24.

[30] Там же.

[31] АЕД. С.447-455, 463.

[32] Там же. С.447-452, 456. Ср.: Плигузов А.И. Указ. соч. С.135.

[33] Плигузов А.И. Указ. соч. С.121; ср.: АЕД. С.447-448.

[34] Н.Ф. Дробленкова пишет, что «близкий писательским кругам, М[акарий] в свои личные сборники включал первоначальные редакции текстов» и приводит в качестве примера «Макарьевский сборник» Рум. 204 (Дробленкова Н.Ф. Макарий. С.84). Однако, как видно на примере «послания Антония», это не всегда так. Исследовательница также ошибочно полагает, что сборник содержит «Слово похвальное» инока Фомы (Там же).

[35] Филиграни позволяют датировать ее концом 20-х — началом 30-х годов XVI в.

[36] Щапов Я.Н. Византийское и южнославянское правовое наследие на Руси в XI - XIII вв. М., 1978. С.231.

[37] А.И.Плигузов ошибочно называет их августовскими (Плигузов А.И. Указ. соч. С.121).

[38] АЕД. С.230.

[39] АЕД. С.440; Дробленкова Н.Ф. Макарий. С.78; Макарий (Веретенников). Указ. соч. С.89 (приводится текст записи).

[40] Дробленкова Н.Ф. Макарий. С.79.

[41] Цит. по: Макарий (Веретенников). Указ. соч. С.88.

[42] АЕД. С.463.

[43] ПСРЛ. СПб., 1910. Т.14. Пол.1. С.145, 444.

[44] Буква А следующим писцом исправлена на Ъ.

[45] При первой публикации записи А.Х.Востоков (Востоков А.Х. Указ. соч. С.274) букву «кси», означающую число 60, не указал. Буква без титла, но так и в дате в начале записи. Внизу по центру листа, вернее, сохранившегося его фрагмента, слово «м(о)н(ас)т(ы)ре».

[46] Любопытно, что в 1477 г., в год смерти преп. Пафнутия, братия монастыря насчитывала 85 человек (ПСРЛ. Т.12. С.170).

[47] О-1039; К-1786. Акта поступления не сохранилось. Описание колокола см.: Ульянов О.Г. Коллекция колоколов из собрания ГМЗК. М., 1985 г. // Архив ГМЗК. Оп.2/н. Д.87. Л.8—9 (машинопись). Вес колокола — 18 пудов (288 кг), высота — 75 см (с ушами), диаметр наружный 50 см.

[48] Ср. с летописной характеристикой Аристотеля Фиораванти (1475 г.): «такоже и пушечник той нарочит, лити их и бити, и колоколы и иное все лити хитр велми» (ПСРЛ. СПб., 1859. Т.8. С.181).

[49] Орлов А.С. Библиография русских надписей XI—XV вв. М., Л., 1952. №244. С.147 (1-е изд. М., 1936). О.Г. Ульянов приводит надпись по публикации Орлова. Ульянов О.Г. Указ. соч. С. 8).

[50] По мнению О.Г.Ульянова, знаки нанесены «с помощью печаток» (Ульянов О.Г. Указ. соч. С.8).

[51] Выносные буквы приводятся в круглых скобках, сокращённые — в квадратных. Лигатуры выделяются курсивом. Ъ в конце слова не ставятся. Пунктуация современная.

[52] У буквы Б дута отсутствует.

[53] Отрывок из неопубликованного жития преп. Пафнутия Боровского (РНБ. Ф.304. №692. Л.119об.) с сообщением об освящении и росписи церкви см.: Осипов В.И. Боровский край в истории России. Ч.1. Боровск, 1999. С. 110-111.

[54] Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV— XVI вв. М., Л. 1950. №80. С.305, 308, 311. Судя по упоминанию первым среди свидетелей составления грамоты игумена Арсения, духовная составлялась непосредственно перед смертью князя в Пафнутиево-Боровском монастыре.

[55] ПСРЛ. Т.12. С.218.

[56] ПСРЛ. Т.8. С.213. 0 Герасиме см.: Мазуров А.Б. Средневековая Коломна в XIV — первой трети XVI вв.: Комплексное исследование региональных аспектов становления единого Русского государства. М., 2001. С.207-208. 16 мая 1488 г. он умер «в Пафнотьеве пустыне» (ПСРЛ. Пг., 1921. Т.24. С.205; Т.12. С.220-221, с датой 6997/1489 г.).

 

Источник: М.В.Печников, Сборник XVI в. — вклад митрополита Макария в Пафнутиев - Боровский монастырь. В сб.: «Боровск: страницы истории. Историко-краеведческий сборник». Выпуск № 5 (2005). Боровск, 2005. С. 94-107.