Церковный собор 1549 года

Архимандрит Макарий (Веретенников)

Церковный собор 1549 года

Середина XVI века — это время интенсивной соборной деятельности Русской Церкви. Наиболее известны Макарьевские Соборы 1547, 1549 годов, на которых проходила канонизация святых; а также Стоглавый Собор 1551 года. Малоизвестен церковный собор 1549 года, созванный по поводу «Исака Собаки».

Материалы этого Собора стали известны после приобретения в 1968 г. Археографической экспедицией Института истории, филологии и философии СО АН СССР на Алтае рукописи конца XVI в., некогда принадлежавшей Владимирскому Рождественскому монастырю [1]. В рукописи содержится 40 глав. 39-я глава имеет название «Собор на Максима Грека Святогорска» [2]. Помимо материалов об осуждении преподобного Максима Грека в ней сообщается о нахождении Митрополитом Макарием в 1548 г. судного списка Максима Грека и о возбуждении святителем дела «Исака Собаки», в результате которого возникла его переписка со своим предшественником — Митрополитом Иоасафом (1539–1542), находившемся на покое в Троице-Сергиевом монастыре. Заканчивается данная глава в рукописи описанием деяний Собора, на котором был осужден Исаак Собака. Собор заседал 24 февраля 1549 г. Материалы данного Собора имеют название: «Список с соборного списка преосвященнаго Макария, Митрополита всея России, о извержении и о конечном отлучении от священства Исака Собаки, бывшего архимандрита чудовского» (с. 125) [3].

2 ноября 1548 г. были обнаружены документы осуждения преподобного Максима Грека. «И господин преосвященный Макарий, Митрополит всея России, тот соборной подлинной список выслушал и вычел» (с. 125). При этом он обратил внимание на то, что среди осужденных с ученым греком называется и «Исак Собака», которого святитель Макарий благословил «во архимандриты к Михайлову Чюду» (с. 129). Между тем, как выяснилось в результате находки, «Исак» был осужден на Соборе 1531 г. и его должны были сослать «в Новгород в Великий в Юрьев монастырь в крепости велицей держати. И после того на того же Исака Собаку взошли речи богохульные, и осудиша его соборне, и послан бысть в митрополичь монастырь на Волосово, держати в велицей крепости неисходно» (с. 129).

Н.Покровский, издатель данных материалов, считает процитированное место о вторичном осуждении Исаака вставкой и обвиняет святителя Макария в неискренности, так как он, будучи Новгородским архиепископом (1526–1542), должен был присутствовать на Соборе 1531 г., и к тому же «Исак» был заточен в новгородский монастырь, а, следовательно, Святитель должен был быть в курсе всех событий (сс. 38–39) [4]. Но в 1531 г. святитель Макарий не был в Москве. В течение новгородского периода он ездил в стольный град только дважды: в 1535 г. по вызову государевой власти и в 1539 г. на поставление Митрополита Иоасафа.

Поэтому события 1531 г. представляются таким образом. Сразу после Собора 1531 г. на «Исака Собаку» действительно «взошли речи богохульные» и он был вторично осужден, в результате чего и был направлен не в новгородский Юрьев монастырь, куда был определен первоначально, а в монастырь «Волосов Николаевский, от Владимира в 10 верстах, существовал в XV веке; потом был домовой Митрополии Московской». Так сообщает об этой обители П. Строев, указывая список ее настоятелей [5]. Следовательно «Исак Собака» оказался не в Новгородской епархии, а под Владимиром.

При постулировании интерполяции сообщения о вторичном осуждении «Исака Собаки» вполне логично предположение о «странности» соборного осуждения Исаака Собаки в феврале 1549 г. на основании только приговора 1531 г., «когда его прокляли лишь за переписку произведений Максима Грека и Вассиана Патрикеева» (с. 43). Однако сам преподобный Максим Грек в 1531 г. дал иную характеристику «лишь переписке» своих переводов М. Медоварцевым и «Исаком Собакой». «И Данил Митрополит на том же священном Соборе велел чести перед Максимом те хулные еретические строки, что писали в житии Пречистой Богородицы Михаиль Медоварцев да Исак Собака. И Максим Грек, выслушав, да о тех хулных строках рек: То, господине, ересь жидовская, а яз так не переводил, и не писал, и писати не веливал, то на меня ложь, яз так не глаголю, ни мудрствую, ни пишу. Аще ли буду таков хулу мудрствовал или писал, да буду проклят» (с. 128). А в 1549 г. преподобный Максим Грек в своем послании Собору приводит библейские примеры ревности по отношению к таким ветхозаветным беззаконникам, как Финеес и др. При этом он обращается с просьбой к участникам Собора «противу же пререкущих и противящихся благоверию» [6] : «...вы, якоже сотаинники и тех же им таинств строители подражающе, туюж им ревность и подвиг за благочестие воспримите» [7].

Поэтому вполне реально вторичное и уже более строгое осуждение Исаака и заключение его в митрополичий монастырь под Владимиром в 1531 г., откуда позднее Митрополит Иоасаф «того Исака <...> в диаконы и в попы поставил и в архимандриты на Симаново благословил» (с. 125–126). Это произошло между 1539 и 1542 гг., когда Русской Церковью управлял Митрополит Иоасаф. В известных нам списках настоятелей Симонова монастыря имя архимандрита Исаакия не упоминается [8]. Очевидно настоятелем там он был недолго. «Исак Собака» известен как квалифицированный писец [9]. Поэтому, подбирая в Чудов монастырь лучшие умственные силы [10] , Митрополит Макарий поставил туда настоятелем «Исака Собаку». Это могло произойти после хиротонии чудовского архимандрита Михаила во епископа Рязанского, совершенной 22 апреля 1548 г. [11]. А 2 ноября выяснились печальные обстоятельства прошлого «Исака Собаки». Показательно то, что бывший глава Церкви Митрополит Иоасаф не отрицает перерешения Собора 1531 г. об Исааке Собаке. Святитель Макарий обращается к своему предшественнику с просьбой о разъяснении обстоятельств освобождения и последовавшего выдвижения «Исака».

В ответном послании Митрополит Иоасаф ссылается на послание Митрополита Даниила (1522–1539; †1547) по поводу Исаака, которое должно было находиться в митрополичьей казне и о содержании которого сам он ничего не говорит. После такого ответа святитель Макарий опять пишет послание, замечая: «А подлинно еси к нам не отписал, что в ней писано о Исаке. И мы, господине, зде и до сих времен такие грамоты не видали, а ныне есмы по твоей грамоте в казне и по келиям искали и такие грамоты не нашли» (с. 131–132). Митрополит Иоасаф ответил риторически: «За десять лет как вспамятовати подлинно, что писано в грамоте?» (с. 132).

Такой исход переписки обсуждался Митрополитом Макарием с другими иерархами. 19 февраля архимандрит Ново-Спасского монастыря Нифонт (Кормилицын; 1543–1554), бывший в свое время настоятелем (1522–1543) в монастыре преподобного Иосифа, сообщил им, как присылал «Асаф Митрополит в Осифов монастырь к бывшему Митрополиту Даниилу о Исаке Собаке: Отпиши де мне, что Исакова ересь. И Митрополит Данил мне говорил: Что ми де Митрополит <...> присылает и пытает о Исаке, и Исак у н [его, и сви] детели у него, и списки у него, он ведает <...> то отошло. А после того, как Митрополит Асаф ставил Исака во архимандриты на Симаново, и Митрополит Данил мне же Нифонту говорил: Бог то ведает, что Митрополит поставил Исака в попы, в правилех писано: не подобает со отлученными служити, да он ведает» (с. 138).

В результате всего 24 февраля 1549 г. состоялось заседание Собора «в Мясопустную неделю на память Страшного Суда, в царствующем граде Москве в митрополичье дворе, в белой палате» (с. 139) [12]. Возглавлял его Митрополит Макарий. В заседаниях участвовали архиепископ Великого Новгорода и Пскова Феодосий (1542–1551), епископ Рязанский и Муромский Михаил (1548–1551), епископ Тверской Акакий (1522–1567), епископ Коломенский и Каширский Феодосий (1542–1555), епископ Сарский и Подонский Савва (1544–1554). Кроме архиереев, в нем участвовали архимандриты, протопопы и старцы монастырей. «Исака Собаку» осудили «соборне по священным правилам святых Апостол и святых Отец, и отпустиша его на Белоозеро в Нилову пустыню на покаяние» (с. 139).

Хронологическая близость заседаний этого Собора ко второму Собору о «новых чудотворцах», проходившем в 1549 г., позволяет сделать предположение о единстве состава того и другого, а следовательно, благодаря этой находке мы знаем, кто в нем участвовал. Новооткрытые материалы дают нам новые сведения о жизни и деятельности Митрополита Макария и о Соборах Церкви того времени.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

[1] Покровский Н.Н. Сибирская находка (Новое о Максиме Греке) // Вопросы истории. 1969. № 11. — С. 128-129.

[2] Судные списки Максима Грека и Исака Собаки / Изд. подг. Н.Н. Покровский; под ред. С.О. Шмидта. М., 1971. — С. 14. Далее ссылки на это издание даются в тексте: в круглых скобках указывается номер страницы. Некоторые отзывы в связи с этим научным открытием см. Казакова Н.А. [Рецензия на книгу:] Судные списки Максима Грека и Исака Собаки. М., 1971 // История СССР. 1973. № 2. — С. 176-179; Синицына Н.В. [Рецензия на книгу:] Судные списки Максима Грека и Исака Собаки. М., 1971 // Вопросы истории. 1973. № 2. — С. 153-156; Иванов А.И. Несколько замечаний по поводу издания нового списка «Судного дела Максима Грека» // Историческое повествование Древней Руси (Труды Отдела древнерусской литературы). Т. 30. Л., 1976. — С. 284-298.

[3] Известно послание преподобного Максима Грека «против Исаака волхва и обманщика» Собору епископов (Сочинения преподобного Максима Грека. Ч. 1. Казань, 1860. — С. 51-55). На основании этого послания о данном Соборе было известно и ранее, но относили его к 1520 г. (Митрополит Московский Макарий. История Русской Церкви в период разделения ее на две Митрополии. Т. 6. СПб., 1887. — С. 158) или вообще ко времени Митрополита Варлаама: 1511–1529 гг. (Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. Т. 2. Ч. 1. М., 1900. — С. 649-650). См. также Иванов А.И. Литературное наследие Максима Грека. Характеристика, атрибуции, библиография. Л., 1969. — С. 107.

[4] Странно игнорирование исследователями сообщения о повторном соборном решении об «Исаке Собаке». Так, Р.П. Дмитриева пишет: «Приговором Собора 1531 г. он был осужден, отлучен от Церкви и отправлен в заточение в Новгородский Юрьев монастырь». — Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2 (вторая половина XIV–XVI вв.). Ч. 1: А–К. Л., 1988. — С. 442.

[5] Строев П. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. СПб., 1877. — С. 700. Краткие сведения об этом монастыре см.: Зверинский В.В. Материалы для историко-топографического исследования о православных монастырях в Российской империи с библиографическим указателем. СПб., 1890. — С. 119. № 128; Денисов Л.И. Православные монастыри Российской империи. М., 1908. — С. 80; Православные русские обители. Полное иллюстративное описание всех православных русских монастырей в Российской империи и на Афоне. СПб., б. г. — С. 209-210; Монастыри, соборы и приходские церкви Владимирской епархии, построенные до начала XIX столетия. Ч. 1: Монастыри / Изд. под ред. протоиерея В.В. Касаткина. Владимир, 1900. — С. 27.

[6] Сочинения преподобного Максима Грека. Ч. 1. — С. 52.

[7] Там же. — С. 54.

[8] См.: Строев П. Указ. соч. — Стб. 150; Пассек Г. Историческое описание Московского Симонова монастыря. М., 1843. — С. 216; Токмаков И.Ф. Историческое и археологическое описание Московского ставропигиального первоклассного Симонова монастыря. Вып. 2. М., 1896. — С. 102-103.

[9] Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2. Ч. 1. — С. 442-443.

[10] О Чудове монастыре времени Митрополита Макария см.: Игумен Макарий. Школа Всероссийского Митрополита Макария // Богословские труды. Юбилейный сборник Московской Духовной Академии. М., 1986. — С. 331-336; Архимандрит Макарий. Московский Митрополит Макарий и его время. М., 1996. — С. 195–201.

[11] Строев П. Указ. соч. — Стб. 163.

[12] Эта палата была устроена Митрополитом Макарием после большого пожара 1547 г., когда сгорел храм Ризположения, бывший домовой церковью Митрополита. «При возобновлении ее Макарием Митрополитом устроена святительская палата, наименованная Макарьевскою и Белою, а потом Золотою». — Снегирев И. Памятники московской древности. Б. м., 1842. — С. 159.

 

Источник: Архимандрит Макарий (Веретенников), Церковный собор 1549 года. «Альфа и Омега. Ученые записки Общества для распространения Священного Писания в России», № 2(16) 1998. С.141-145.